Главная ?> Авторы
Версия для печати

Формирование карты Европы продолжается: проблема расширения НАТО

Основной урок последних пяти десятилетий состоит в том, что процесс урегулирования и примирения в Европе зиждется на системе европейской безопасности. Если бы не было НАТО, Франция не могла бы с достаточным ощущением собственной безопасности урегулировать свои разногласия с Германией. Если бы не было НАТО, и Франция, и Великобритания более активно сопротивлялись бы воссоединению Германии. Достаточно вспомнить отчаянные попытки Тэтчер и Миттерана затянуть (и таким образом даже предотвратить) воссоединение Германии, чтобы оценить роль НАТО в изживании извечного европейского страха перед силой и возможным господством Германии, который сохраняется, несмотря на ее послевоенные успехи в построении демократического государства и в установлении добрососедских отношений с другими европейскими государствами.

Кроме того, если бы не было НАТО, вряд ли было бы возможно (по тем же причинам) создание Европейского сообщества, а теперь Европейского союза. Идущий в настоящий момент процесс примирения между Германией и Польшей не был бы возможен без американского присутствия в Германии и связанного с этим ощущения безопасности, которое для поляков создается перспективой вступления страны в НАТО. То же самое касается отношений между Чехией и Германией, Венгрией и Румынией, Румынией и Украиной. Подобным же образом стремление стать членом НАТО влияет на отношение Словении к Италии и Литвы к Польше.

Процесс примирения, разворачивающийся между Польшей и Россией, также обещает стать более активным в обозримом будущем. Став членами НАТО, поляки, по всей вероятности, будут меньше опасаться, что братские объятия их более сильного соседа могут снова превратиться в железные тиски. С другой стороны, когда русские поймут, что Центральная Европа больше не является геополитическим вакуумом, это заставит их умерить аппетиты при определении своей сферы влияния. Учитывая тот факт, что все западные соседи России — обоснованно или безосновательно — с опасением относятся к ее возможным намерениям, укрепление региональной безопасности должно пойти на пользу всей Европе, включая Россию.

Тезис о том, что безопасность способствует примирению и урегулированию, следует повторить еще раз, учитывая развернувшуюся в последнее время полемику по поводу расширения НАТО. Даже беглый обзор аргументации главных противников такого расширения позволяет заметить, как глубоко они заблуждаются в своих оценках. Можно составить целый список многочисленных апокалиптических предсказаний в отношении возможной реакции России на расширение НАТО. Авторы этих предсказаний — ученые, бывшие послы, известные публицисты. Все они не сумели извлечь самых элементарных уроков из новейшей истории Европы.

Создание и расширение как Европейского Союза, так и НАТО явно представляют собой длительные исторические процессы, которые все еще далеки от завершения. Даже если на данном этапе, может быть, и рано делать выводы, — а возможно, их и никогда нельзя будет сделать окончательно, раз и навсегда, учитывая роль фактора случайности в историческом процессе, — очевидно, что ни ЕС, ни НАТО нельзя рассматривать как завершенные, окончательно сложившиеся структуры. Оба института открыто заявляют о своих намерениях дальнейшего расширения. Достаточно взглянуть на карту, чтобы понять, почему их нынешние рамки не могут считаться окончательными.

Кроме того, расширение Европейского союза и НАТО — взаимно усиливающие процессы. Каждый содействует другому. В зоне наложения этих двух процессов создается поле усиленной политической взаимозависимости, что ведет к укреплению ощущения общей безопасности и содействует дальнейшему сближению Европы и Америки. С другой стороны, эти процессы развиваются неравномерно, периодически опережая друг друга. Так, например, Польша станет членом НАТО прежде, чем войдет в Европейский Союз. Эстония, по-видимому, раньше получит членство в Европейском Союзе, чем в НАТО. Однако совпадение большей части Европейского союза и НАТО дает ощущение общего геополитического пространства, которое создает коллективную уверенность для всех стран-участниц этих двух структур.

Однако в связи с курсом НАТО на дальнейшее расширение возникает более конкретный и фундаментальный вопрос: до какой степени эта организация должна оставаться прежде всего объединенным военно-политическим союзом, а до какой она должна эволюционировать в сторону системы региональной безопасности. В первом случае основным должен быть вопрос коллективной обороны, а во втором больше внимания должно уделяться деятельности по поддержанию мира. Опять же в первом случае при решении вопроса о приеме новых членов они должны оцениваться прежде всего по тому, как они могут способствовать укреплению военно-политического потенциала союза; а во втором случае — по их способности содействовать политической стабильности. Первый вариант требует более избирательного подхода при решении вопроса о приеме новых членов, второй — наоборот, уменьшения дискриминации.

В конечном итоге невозможно отдать абсолютное предпочтение ни первому, ни второму подходу. Нельзя допустить, чтобы процессом расширения механически управлял один из этих критериев. Тем не менее, необходимо помнить об этом различии, чтобы каждое новое решение о расширении НАТО вносило ощутимый вклад в коллективную безопасность и чтобы не получилось ослабленного НАТО, который постепенно начнет утрачивать свое военно-политическое единство и сплоченность, а с ними и способность к эффективным совместным действиям. Кроме того, эта же забота о сохранении главенствующей роли коллективной обороны должна направлять, ограничивая по мере необходимости, деятельность альянса по выработке новой стратегической доктрины, а также по поиску для себя новых ролей и задач в других регионах мира. Стремление к расширению своих функций чревато ослаблением магнитного поля альянса.

Поэтому желательно и даже необходимо осуществлять постепенное и осторожное расширение, позволяющее полностью ассимилировать новых членов, соблюдать все объективные критерии членства и должным образом учитывать субъективное добровольное желание страны присоединиться к альянсу. Остановить этот процесс нельзя — это было бы произвольным решением, способным оказать деморализующее воздействие на страны, оставшиеся за бортом, и пагубным для безопасности в Европе. Существенное несовпадение конфигурации Европейского союза и НАТО может создать напряженность в отношениях между Европой и Америкой, привести к недоразумениям, в некоторых случаях, возможно, даже спровоцировать внешние угрозы. Объявление о прекращении расширения НАТО (или такое прекращение де-факто) явилось бы, кроме того, опровержением всех последних заявлений и заверений высшего руководства НАТО. Это серьезно подорвет доверие к Евроатлантическому альянсу, причем невольно послужит сигналом, что все, что вне НАТО — легкая добыча.

Процесс расширения НАТО должен строиться в таком темпе, чтобы, с одной стороны, не ослабить спаянность альянса и не подорвать его возможности, а с другой — чтобы не затягивать неоправданно освобождение России от ее имперской ностальгии. Отсюда следует вывод, что Россию нельзя исключать из процесса расширения Европы под крылом Североатлантического альянса. Однако у России не должно быть права налагать вето на свободный выбор того или иного европейского государства или, хуже того, ссылаться при этом на то, что некоторые из этих государств ранее входили в Советский Союз. Что касается государств Балтии, тот факт, что Россия продолжает официально утверждать, что в сороковом году они добровольно вошли в Советский Союз, является еще и оскорблением.

Однако процесс расширения необходимо проводить таким образом, чтобы дать России возможность свыкнуться с новым положением вещей и понять, что укрепление безопасности способствует истинному урегулированию и подлинному примирению. Этот процесс уже начался в российско-польских отношениях. Важно, чтобы за ним последовало урегулирование отношений с государствами Балтии и с Украиной. Украина тоже может захотеть вступить в более тесные связи с НАТО, а НАТО, конечно, не может априори отказать ей в этом только потому, что Москве это может не понравиться. Более того, Россия, если она хочет быть настоящим европейским национальным государством, а не призраком былого имперского величия, должна смириться с тем, что демократические европейские государства стремятся объединиться в одну структуру безопасности с Америкой и что им нельзя отказать в их суверенном праве. Нельзя России ориентироваться на прежнюю сталинскую имперскую политическую карту Европы — это может только отдалить ее от Европы.

К тому же, нельзя ожидать, что Россия согласится с расширением НАТО, если в то же время она оказывается навеки исключенной из процесса сближения с альянсом. Создание совместного совета Россия-НАТО является хорошим началом построения новых отношений. Этот шаг следует рассматривать как часть развивающегося процесса. Если президент Ельцин приедет на саммит НАТО в Вашингтоне, он услышит там не только подтверждение курса НАТО на расширение — в соответствии с добровольным волеизъявлением демократических европейских государств, — но также и более эксплицитное подтверждение намерения НАТО открыть свои двери для всех европейских государств, в том числе и для России, которые субъективно хотят стать его членами и объективно соответствуют критериям членства.


Впервые эта статья была опубликована в осеннем номере журнала The National Interest за 1998 год. Перевод сделан с публикации в журнале Link, Vol. 1, No. 3, March-April 1999.

Перевод Татьяны Чернышевой.

О Русском АрхипелагеКонтактыПоискКарта сайтаПроектыПодпискаАвторы

Developed by Yar Kravtsov Copyright © 2005 Русский архипелаг. Все права защищены.