Главная −> Геополитика −> Имперское наследие −> Восточники −> Навстречу Восходящему Солнцу
Олег Айрапетов

Навстречу Восходящему Солнцу

Рецензия на монографию Д. Схиммелпенника ван дер Ойе "Навстречу Восходящему Солнцу. Русская имперская идеология на пути к войне с Японией"

Вышедшая осенью 2001 года работа Д. Схиммелпенника является завершением многолетнего исследования этого автора, выбравшего хорошо известную и исследованную тему, но сумевшего подать ее в совершенно непривычном для отечественного и зарубежного историка ракурсе. Политическая история движения России на Дальний Восток и ее столкновения с Японией имеет богатую историографию, однако нельзя не отметить, что именно идеология этого движения всегда оставалась вне пристального внимания историков.

Причина — это прежде всего сложность объекта изучения. Классические работы Б.А. Романова по дипломатической истории этой войны, казалось бы, надолго исчерпали вопрос. Богатейшая литература по нему существует также на и на английском, немецком и французском языках. Безусловным достоинством рецензируемой работы является то, что вся она использована автором. Сложности задачи, которую поставил перед собой Схиммелпенник, очевидны. В качестве наиболее показательного примера можно привести личность последнего русского императора. Его дневник, переписка, в которых крайне редко можно найти свидетельства личного отношения к государственным проблемам, чрезвычайно осложняют анализ и реконструкцию взглядов Николая II. Может быть, это и является одной из причин того, что практически все оттенки отношения к нему — от критики, граничащей с оскорблением до агиографических зарисовок последнего времени — все они исключают научный анализ этих взглядов. Необходимо отметить, что Схиммелпенник выбирает именно этот последний путь и приходит к весьма интересным выводам. Как ему удалось доказать, отношение императора к Дальневосточным проблемам сформировалось еще до знаменитого кругосветного путешествия под сильнейшим влиянием идей Н.М. Пржевальского. Интересно, что в это время наибольшие симпатии у Николая II вызывала именно Япония и ее жители, в то время как Китай и его культура — пренебрежение, которое граничило с раздражением. Даже знаменитый "инцидент в Оцу", достаточно широко известная история о покушении на жизнь Великого Князя Цесаревича, даже этот случай, как убедительно доказывает автор(стр. 20-21), не изменил положительного отношения будущего императора Николая II к японцам.

Имперская идеология и менталитет вообще часто используется некоторыми исследователями в качестве своеобразного ultimaratioregis, апелляция к которому освобождает от необходимости поиска доказательств собственной правоты и бессодержательности критики. Ведь и менталитет вообще, и имперская идеология в частности, без сомнения, существовали и существуют в некоем неописуемом состоянии. Описать его — задача чрезвычайной сложности. Путь, избранный Схиммельпенником, состоит в том, что в отличие от традиционной истории дипломатии он решил представить читателю широкую картину истории внешней политики Российской империи и объяснить ее идеологические предпосылки. Документы 39 архивных фондов из 11 архивов России и США составили солидную базу исследования, позволившие автору ответить на поставленные им вопросы.

Начинаются они с анализа идей "азиатизма", получивших широкое распространение в России накануне активизации ее дальневосточной политики. Признание некоего единства или даже первенства азиатской сущности русской цивилизации, как верно отметил автор, возникает в момент кризисных отношений с Западом, и, конечно, в той или иной степени "азитиазм" был присущ государственной идеологии нашей страны весь XX век (стр. 60). Уже этого достаточно, чтобы оправдать обращение к его истокам, к 80-м годам XIX века. Нельзя не обратить внимание на атмосферу, в которой появляются эти идеи — это и своеобразное утомление от модернизационных попыток правительства, и внешнеполитическая изоляция, иногда вынужденная, и попытка выйти из нее, опираясь на ресурсы "родственных" цивилизаций, и открытие российскими интеллектуалами для себя Азии — многоцветия ее культур, широты ее географических просторов. Правда, если в отечественном "европеизме" любовь часто сочеталась с недоверием, то русский "азиатизм" сопровождался двумя чувствами — превосходства и страха. Глубокое исследование образа "желтой опасности" в русском политическом сознании убедительно демонстрирует это.

В этом отношении абсолютно оправданно обращение к личностям, взглядам и позициям тех, кто открывал это многоцветие и эти просторы, прививал интерес к ним, готовился их эксплуатировать и покорять. Схиммельпенником выбраны наиболее показательные примеры людей, которые внесли наибольший вклад в эти направления — Н.М. Пржевальский, Э.Э. Ухтомский, С.Ю. Витте и А.Н. Куропаткин. Сторонник жесткой политической линии в Азии, особенно по отношению к Китаю, путешественник с душой конкистадора; идеалист, увидевший на Тибете и за Хинганом мистические истоки власти "Белого Царя" и сделавший все, для того, чтобы Россия мирно пришла к этим истокам; финансист, строивший политику на гешефте и балансе, призывавший "недоедать, но вывозить", проникать мирно, но в столь крупных масштабах, что это выглядело вызовом далеко не только все более ярко восходящему солнцу империи микадо; генерал, сделавший свою карьеру в восточных по преимуществу войнах, протестовавший против политики, которая могла ослабить Россию на ее западных границах, правда, делая это скорее суетливо, чем решительно, как бы предвосхищая свой полководческий стиль на сопках Манчжурии. Практически все противоречия между теми, кто внес свой вклад в идеологию движения на Дальний Восток отразились на противоречиях русской политики в Китае, что блестяще показано автором.

Обращение к этим персонажам российской истории интересно само по себе, но это отнюдь недостаточно для ответа на поставленный вопрос — почему почти сразу же после восшествия Николая II на престол произошел резкий поворот русской имперской политики. Все это требует сведения в единую широкую картину и концепций этих авторов и событий мировой политики Великих Держав того времени. Здесь, собственно, и начинается самая сложная часть работы исследователя — определение степени влияния этих идей на императора. Следует отметить, что Николай II, чрезвычайно увлеченный идеями маринизма, был просто фанатическим сторонником создания мощного флота в России, которое было немыслимо без порта, дающего открытый выход в Мировой океан. Парадоксально, но факт — именно с этой гаванью император связывал свои надежды на достойное место в русской истории. Одними из планируемых его названий, как известно, были "Святоникольск" и "Славоникольск". На самом деле Порт-Артуру суждено было сыграть совсем другую роль. Географическое же положение империи исключало возможность результативного поиска такой гавани где-либо, за исключением Дальнего Востока, в районе Манчжурии и Кореи, где экономически безраздельно господствовала Япония. Приход сюда России был вызван чем угодно, но только не экономическими предпосылками и задачами. Противопоставить что-либо серьезное японо-корейским торговым связям было невозможно. Россия попросту не могла быть потребителем корейского риса как и не могла найти достаточное количество покупателей ситца в стране с традиционным спросом на шелк.

В таком случае нельзя не задать еще раз вопрос, насколько обоснованной была политика мирного проникновения в Китай, за которой, как оказывается, не стояло ничего, кроме добрых намерений министра финансов удержаться на грани весьма опасного баланса. Каким бы не был российский империализм, а советские авторы, конечно, были уверены в том, что он был "военно-феодальным", у него не было выбора для защиты своих интересов, пусть даже и эвентуальных, кроме вооруженной силы. Кстати, рассуждения о стратегические интересы и эвентуальной угрозе с Востока оказались в XX веке не столь уж бессмысленными. Стоит вспомнить простой факт — японский солдат был последним интервентом, покинувшим русскую землю после гражданской войны. Как известно, это было только в 1925 году, а выход японцев к границе по Амуру создал далеко не пустую угрозу русскому Дальнему Востоку и Восточной Сибири вплоть до 1945 года. Может быть, именно поэтому поражение в русско-японской войне стало тем самым "черным пятном позора", смыть которое мечтали 40 лет люди поколения И.В. Сталина? Нельзя забывать о сложной природе реванша — в его основе, на мой взгляд, лежит не столько желание отомстить за поражение, а боязнь того, что следующая проигранная война станет для страны последней. Во всяком случае, именно такой реванш поднял всю Японию на войну с Россией после ревизии Симоносекского мирного договора.

Конечно же, автор прав, уделяя внимание тому, как идеи Пржевальского, Ухтомского, Витте и даже Куропаткина на исчезли и в советский период, иногда неузнаваемо трансформируясь в поделках советской послевоенной пропаганды вроде фильма "Пржевальский". Нельзя не согласиться с основным выводом Схиммелпенника — внешняя политика вообще постоянно испытывает идеологическое влияние, и безусловно, внешняя политика России на Дальнем Востоке в изучаемый период постоянно находилась под сильнейшим влиянием идей "азиатизма". От себя добавлю, что это влияние оказалось более сильным, чем экономика. Правда, часть носителей имперской идеи постоянно апеллировали к будущем торгово-экономическим интересам, так и оставшимся, впрочем, в области трудно-осязаемой. Может быть, именно поэтому так сложно было определить точные границы этого явления. Вложенные в Манчжурию миллионы обернулись потерями, и это при том, что значительная часть собственной территории России до сих пор живет без прочной и надежной железной дороги. Но это уже другая история. Работа же Схиммелпенника обладает как минимум несколькими драгоценными преимуществами — новыми фактами, новым взглядом, предложенным решением сложнейшей проблемы, которое не может не подтолкнуть читателя к новым и новым вопросам.

2002 г.


Рецензия на монографию: Давид Схиммелпенник ван дер Ойе "Навстречу Восходящему Солнцу. Русская имперская идеология на пути к войне с Японией" Издательство Университета Северного Иллинойса, 2001. (David Schimmelpenninck van der Oye — "Toward the Rising Sun. Russian Ideologies of Empire and the Path to War with Japan." Northern Illinois University Press, 2001.)

 

Актуальная репликаО Русском АрхипелагеПоискКарта сайтаПроектыИзданияАвторыГлоссарийСобытия сайта
Developed by Yar Kravtsov Copyright © 2014 Русский архипелаг. Все права защищены.