Российские столицы в свете ФЗ-131

Районные управы представляют собой отделы правительства Москвы, и в результате по своему статусу московские "муниципальные районы", имея на круг по сто тысяч жителей, приравнены к сельским поселениям, имея при этом еще меньше полномочий

Совершенно особенный казус наблюдается в двух субъектах Федерации — Москвой и С.-Петербургом, фактически выведенных из сферы действия закона об МСУ. В соответствии со статьей 79 ФЗ-131, «в городах федерального значения Москве и Санкт-Петербурге в соответствии с уставами указанных субъектов Российской Федерации местное самоуправление осуществляется органами местного самоуправления на внутригородских территориях». Определение природы внутригородских территорий также оставлено на усмотрение этих субъектов Федерации. Фактически в них выстроена уникальная, жесткая управленческая вертикаль, в формате которой существо закона грубо нарушено, так как государственная власть объединена с местным самоуправлением и поглощает его. Если в Петербурге это сделано открыто — есть должность губернатора С.-Петербурга, главы правительства С.-Петербурга, и нет должности мэра, то в Москве, хотя официально, после принятия ФЗ-131, есть должность Главы правительства Москвы, таковой публично и официально именуется мэром. Наименования должностей — вещь важная, но еще важнее, что под предлогом сохранения единства огромных урбанизированных территорий жители обеих столиц поставлены в позицию подданных субъектов Федерации и только.

Дело не только в том, что 10% населения России, т.е. каждый десятый житель России, по факту лишен конституционного права на местное самоуправление, что само по себе есть юридический нонсенс. Дело и в том, что две крупнейшие урбанизированные территории страны, судьбой призванные задавать образец социальной модернизации, являют собой наглядный образец полного подавления муниципального начала губернским управлением.

Михаил Амосов, ЗАКС СПб, на вопрос о возможности депутатов Законодательного Собрания реально противостоять Смольному или они готовы автоматически "проштамповать" все инициативы чиновников: — Во многом это политический вопрос. В Законодательном собрании примерно половина мест принадлежит "Единой России", которая поддерживает губернатора. К ней, как правило, присоединяются "Родина" и ЛДПР. У губернатора возможностей проводить в ЗС решения, которые ей кажутся правильными, гораздо больше, чем было у Яковлева… Законотворчество — это совместный процесс. Но губернатор обладает правом вето. Городскому парламенту, чтобы настоять на своем, нужно иметь две трети голосов. Это и в мире не часто встречается. А в наших условиях с учетом политического расклада — это крайне редкое явление. Поэтому ЗС в нынешней политической ситуации — не столько противовес губернатору, сколько, с одной стороны, способ заставить исполнительную власть публично обсуждать какие-то вопросы с городом. С другой — способ стабилизировать правила игры. В целом законы являются лишь внешним ограничителем для губернатора. Активная роль в их создании и в их отклонении, если они не угодны градоначальнику, принадлежит ему же.

С.-Петербург, к тому же, включил в свой состав малые города (Ломоносов и Пушкин), лишив и их права на местное самоуправление. До недавнего времени в Петербурге хотя бы Законодательное собрание обладало некими реальными полномочиями в диалоге с губернатором — в настоящее время, с использованием новой схемы выборов по партийным спискам, вся реальная власть сосредоточена в руках губернатора. За членами Законодательного собрания осталось право тратить несколько миллионов рублей персонально закрепленного фонда на благотворительную деятельность в своих округах.[1] Москва избрала откровенную имитацию местного самоуправления, так как т.н. районные собрания, не имеющие своего бюджета, играют сугубо декоративную роль. Районные управы представляют собой отделы правительства Москвы, и в результате по своему статусу московские «муниципальные районы», имея на круг по сто тысяч жителей, приравнены к сельским поселениям, имея при этом еще меньше полномочий. Не удивительно, что жители муниципальных районов ведут себя совершенно рациональным образом, в минимальной степени участвуя в выборах бессильных, декоративных советов. Результат известен: протест горожан против тех или иных действий власти, направленных на реконструкцию среды обитания без учета их мнения, не имеет легально организованных форм. Он представляет собой россыпь отдельных актов отчаяния, тогда как власть — еще раз подчеркнем, что власть государственная, а не муниципальная — обладает практически полной свободой действия, обвиняя протестующих жителей в эгоизме.

Коллективное письмо от жильцов дома № 9 строения 3 по улице Садовнической г. Москвы о расселении центра столицы. «Наш дом старой постройки после капитального ремонта в 1968 г ., находящийся в более чем удовлетворительном состоянии, до 2004 г . не фигурировал ни в каких планах на реконструкцию. Люди покупали квартиры, вкладывали большие деньги в ремонт, потому что чиновники всех уровней заверяли их, что дом добротный. В июне 2004 г . мэр г.Москвы в ответ на письмо президента инвестиционной компании «Великан-XXI век» Лужковой Е.Н. подписывает распоряжение № 1271-РП о том, что строение 3 дома № 9 является аварийным, а жильцы подлежат отселению в связи с угрозой для жизни. Технической экспертизы с осмотром квартир при этом не проводилось. Независимая экспертиза всех жилых и нежилых помещений, заказанная жильцами дома, определила степень износа дома в 38%, что далеко от аварийности. Со всеми этими фактами мы обратились в суд. Но суды игнорируют все нарушения законности при принятии распоряжения, результаты независимой экспертизы, не заслушивают свидетелей со стороны жильцов. Даже сами работники суда в кулуарах не скрывают заказной характер решений по нашим искам. Не имея окончательного решения по делу, правительство Москвы в лице ГЦУП «Моспереселение» оказывает давление на жильцов дома, предлагая жилье за пределами ЦАО. Учитывая разницу в ценах на жилье в центре и за его пределами, то что происходит — это грабеж. Мы понимаем, что перестройка центра неизбежна, но мы против бессовестного передела собственности».

Разумеется, есть основания сказать, что москвичи сами выбрали эту модель, обменяв самоуправление на прибавки к пенсиям и зарплатам бюджетников, которые приписываются лично доброте главы администрации Москвы.. Это верно, но правда и то, что федеральная власть полностью самоустранилась из процесса муниципального обустройства в обеих столицах, молчаливо согласившись с тем, что федеральный закон о МСУ на них не распространяется, и право их граждан на МСУ не действует.



[1] В принципе такая модель известна — на уровне территориального общественного самоуправления, как, к примеру, в Вашингтоне, хотя там подобный фонд (из городского бюджета) тратится коллективным решением Совета соседского сообщества. Та же концепция, выработанная самостоятельно, изложена в письме 10 депутатов Краснолучского сельского поселения Октябрьского района Ростовской области: К нам, депутатам, уже обращаются некоторые граждане по разным вопросам, вплоть до оказания материальной помощи… А вот если бы у каждого депутата был свой «казенный» фонд, причем — подчеркиваем — подотчетный — хотя бы пару тысяч в месяц, это в корне изменило бы ситуацию».

Часть очерка доклада Комиссии по вопросам регионального развития и местного самоуправления подготовленного Председателем комиссии по вопросам регионального развития и местного самоуправления В.Л.Глазычевым 9 сентября 2006 г.

Актуальная репликаО Русском АрхипелагеПоискКарта сайтаПроектыИзданияАвторыГлоссарийСобытия сайта
Developed by Yar Kravtsov Copyright © 2018 Русский архипелаг. Все права защищены.