Александр Прудников

Из варяг в греки: беларуский вариант развития событий

Важной особенностью являлось наличие в Полоцке вечевого строя. И, естественно, власть духовная освящала власть светскую. Вечевая строй и в Полоцке, и в Новгороде Великом поддерживал и вдохновлял более свободный тип христианства

Через территорию расселения восточных славян проходили несколько ответвлений так называемого пути "из варяг в греки", в том числе один из них через территорию современной Беларуси, связывавший балтийское побережье с черноморским посредством рек Западная Двина и Днепр и волоков между ними. На этом ответвлении пути находился древнейший беларуский город Полоцк. Еще за несколько столетий до падения христианского Константинополя между Полоцком и его грозными соседями – Новгородом Великим и Киевом – развернулась нешуточная борьба за гегемонию среди племен восточных славян. Эта борьба в известном смысле предварила события века XVІ, когда практически без возражений со стороны других претендентов Москва приняла на себя роль "третьего Рима".

Полоцк упоминается в летописи под 862 годом, но, согласно археологическим данным, на его месте поселение существовало как минимум еще полтора столетия ранее. Но вот как об этом говорят авторы "Повести временных лет" монахи Нестор и Сильвестр: "[Рюрик] раздая мужем свои грады, овому Полотеск, овому Ростов, другому Белоозеро. И по тем городам суть находници Варязи; а перьвии насельници в Новгороде Словене, Полотьски Кривичи…". Расположен Полоцк у впадения реки Полота в Западную Двину. В древних скандинавских сагах задолго до Рюрика имеются сведения о Полоцке (Palteskja) как о богатом и сильном владении, имевшем своего князя.

В конце 970-х гг., как известно, разгорелась междоусобная борьба между сыновьями Святослава Ярополком, Олегом и Владимиром. Но основные события, как ни странно, разворачиваются вокруг Полоцка. Полоцк, как третий центр восточных славян являлся в этой борьбе выгодным союзником. Новгородский и киевский князья (Владимир и Ярополк соответственно) посватались к дочери полоцкого князя Рогволода (который также был варягом). Рогнеда (дочь Рогволода) выбрала киевского князя, объяснив свой выбор тем, что Владимир был сыном рабыни. Разгневанный Владимир вероломно нападает на Полоцк, убивает князя и его сыновей, сжигает город, Рогнеду же силой берет в жены. Таким образом, Владимир стал единоличным правителем.

Как справедливо отмечено в программе конференции, путь "из варяг в греки" играл не только чисто экономическую роль, в обратном направлении – от греков на Русь приходит христианство и распространяется с юга на север. Как известно, единому государству должна соответствовать единая религия, вера, идеология. Именно с этой целью князем Владимиром, еще до принятия христианства, была предпринята попытка установить монотеизм во главе с единым богом солнца.

Но, говоря о Полоцке, следует отметить одну важную деталь. В скандинавских сагах содержится информация о человеке по имени Торвальд Путешественник. Уроженец Исландии, некоторое время проповедовавший христианскую веру в Дании, Норвегии, Англии и Исландии, в 985 году отправился в путешествие в Иерусалим и Константинополь. Там он был удостоен аудиенции императора Василия ІІ и патриарха Николая ІІ, был принят с большими почестями, "ибо слава о нем распространялась в народе". Согласно "Пряди о Торвальде Путешественнике", "более всего он прославил себя на Восточном пути, с тех пор как был послан туда кесарем и сделан патриархом и владыкой над всеми конунгами в Руцланде и во всей Гардарики". Произошло это в 986 году. В Полоцке им была построена церковь и открыт монастырь имени Иоанна Крестителя, который существовал еще в XIV веке. Около 1002 года Торвальд Кондрассон умер и был похоронен около Полоцка. Этого исландца почитали в качестве полоцкого святого.

Таким образом, за несколько лет до официального крещения Киева и Руси, в Полоцке уже было проповедано Слово и его население было добровольно крещено. Причем крещено не византийцами, а скандинавами, хоть и при содействии, а точнее, при благословении, византийского престола. В этом состоит первое отличие между христианством в Полоцке и других городах Древней Руси.

988 год известен в как время принятия христианства на Руси. В этот год крестился князь Владимир и его дружина, также насильно было крещено население Киева. В течение довольно непродолжительного времени было крещено население всего объединенного славянского государства. Но что интересно: несмотря на практически полное сожжение и уничтожение Полоцка войском князя Владимира, его население, получившее нового вождя в лице сына Владимира от Рогнеды Изяслава (Рогнеда в качестве выполнения одного из условий договора с Византией была оставлена Владимиром перед принятием христианства), не оставило попыток отстоять свою независимость. Всего через несколько лет после принятия христианства киевским князем и создания киевской православной митрополии (988) в Полоцке появляется собственная епархия (992).

Еще одной важной особенностью является наличие в Полоцке вечевого строя (впрочем, как и в Новгороде Великом), который значительно ограничивал власть княжескую. Есть примеры, когда вече выгоняло неугодного князя из Полоцка (как было с Давыдом Всеславичем в 1127 г.). И, естественно, власть духовная освящала власть светскую. Вечевая строй и в Полоцке, и в Новгороде Великом, на наш взгляд, поддерживал и вдохновлял более свободный тип христианства.

Вообще же, на протяжении практически всей своей независимой истории (XI – середина XIII в.), Полоцкое княжество вело довольно успешную борьбу против притязаний Киевского князя. На протяжении всего этого времени в качестве козырной карты использовалось не что иное как христианство. Еще один исторический факт. Во всех трех городах – центрах восточных славян – Киеве, Новгороде Великом и Полоцке были построены культовые сооружения, указывающие на амбиции гегемонии в регионе – так называемые Софии (Софийские Соборы). В Полоцке подобный храм был воздвигнут во время правления князя Всеслава Чародея (1044-1101), то есть в 1030-1060-е гг. Как видим из этого, Полоцк отнюдь не желал сдавать позиций в этом направлении.

Согласно новейшим исследованиям, единое Древнерусское государство (Киевская Русь), если и существовало, то сравнительно небольшой промежуток времени (980-е годы – середина XI века, то есть время правления князя Владимира и его сыновей). Практически весь указанный временной промежуток прошел под знаком борьбы полоцкой династии с киевской, которая велась с переменным успехом (достаточно указать, что во второй половине XI века никто иной как население Киева посадило на княжеский трон полоцкого князя Всеслава Чародея – 1068 г.).

С началом же периода удельной раздробленности – конец XI – XIII век – вопрос о гегемонии на территории расселения восточных славян несколько утрачивает свою актуальность, поскольку появляются более злободневные вопросы. К этому времени относятся первые контакты Полоцкого княжества и Новгорода с крестоносцами, восточнорусских княжеств – с монголо-татарами (середина XIII века). Серединою XIII же века датируется образование нового государства – Великого княжества Литовского (далее ВКЛ – А.П.), вскоре включившего в себя значительную часть восточнославянских земель и практически все восточнобалтские.

Несколько позднее в состав ВКЛ вошли Полоцкое (середина XIII века) и Киевское княжества (1330-1360-е гг.), на автономных правах, что подчеркивало их особый статус. Данное явление исключало отныне даже попытки этих городов, оставшихся центрами земель, стать чем-либо большим (например, "третьим Римом"), хотя в свое время практически все необходимые составляющие у каждого из этих городов присутствовали: выгодное географическое расположение, своя княжеская династия, необходимые культовые сооружения (София) и др.

Практически одновременно с этими событиями наблюдается начало возвышения княжества Московского, которое начинает сбрасывать с себя ярмо монголо-татар (Куликовская битва 1380 года). Соседи Москвы – упомянутый уже не раз Новгород Великий и Великое княжество Литовское, выступившее объединителем западных земель восточных славян, – в меньшей степени были затронуты монголо-татарским нашествием и были заняты другими делами (прежде всего борьбой с крестоносцами – для Новгорода, отношения с Польским королевством и крестоносцами занимали ВКЛ). Поэтому они не сразу обратили внимание на возвышение Москвы.

В отличие от своих великих предшественников – Новгорода Великого, Киева и Полоцка, Москва не имела выгодного географического положения (если и имела, то только в том смысле, что находилась в стороне от всех важных путей, в том числе в стороне от пути "из варяг в греки"). Местная княжеская династия вела свое происхождение от Рюриковичей, хотя этим же достижением могли похвалиться практически все княжества тогдашней Руси. Москва находилась в стороне также во время войн за гегемонию среди восточных славян.

И вот, в то время, когда соседи Московского княжества были заняты своими делами, ее хозяева начинают прибирать к своим рукам одно за другим соседние княжества. ВКЛ, князь которого Ольгерд был родственен князю Твери, трижды совершал поход на Москву (1368, 1370 и 1372 гг.); словно ожидая этого, город в 1367 году обзавелся так знаменитым теперь Кремлем. Следующий князь Ягайло отправил войско ВКЛ в помощь монголо-татарам на Куликовскую битву, которое опоздало и не рискнуло вступить в битву.

К середине XV века, когда Византийская империя доживает свои последние мгновения, ВКЛ переживает кровавую гражданскую войну, Московское княжество, претендующее уже на эпитет "Великое", подходит "на взлете". Киев, когда-то великий, "мать городов русских" является центром земли и резиденцией митрополита, сохраняет за собой только историческое и культурное значение; Полоцк остается одним из важнейших городов ВКЛ, но не более того; к тому же в ВКЛ сосуществовали католичество и православие, и их отношения были не всегда мирными. Новгород Великий в скором времени отходит к Москве. Таким образом, ко времени исчезновения Византии только Москва, имевшая к тому времени несколько поколений подряд талантливейших руководителей, собственного митрополита, а, главное, далеко идущие, можно сказать, "имперские" амбиции, имела все шансы занять место "третьего Рима".

Говоря о концепции "третьего Рима", нужно учитывать следующее. Первый Рим и второй (Константинополь) были связаны между собой политически и имели практически одинаковое значение во времена заката Римской империи. Поэтому после окончательного падения первого (476 г.) для Константинополя не составило труда перенять на себя роль "второго Рима". Население Византии даже называло себя "ромеями", то есть римлянами. С третьим же Римом ситуация обстояла иначе. После Византии не существовало ни одного государства, способного принять на себя эту роль. В XIV веке сербский царь Стефан Душан и болгарский царь Иоанн-Александр, имевшие родственные связи с византийской династией, объявляли себя наследниками Рима. В болгарской письменности даже встречалась идея, что новым Константинополем является Тырново, тогдашняя столица болгарского государства.

Москва также имела родственные связи с династией Палеологов (так, София Палеолог вышла замуж за Ивана ІІІ). В качестве причин принятия Москвой титула "третьего Рима" указывают многие, но главной нам видится объединение и возвышение Московского государства. А великому государству нужна великая легенда. После падения Константинополя Москва представляет себя в качестве единственного оплота православия (чему послужила и неудавшаяся Флорентийская уния 1439 г.). Назначение ее митрополитов больше не согласовывается с Константинополем, а в конце XVI века даже провозглашена патриархия. Таким образом, и патриархия, и статус "третьего Рима" Москвой были себе присвоены. Христианство в данном случае было использовано в политических целях.

Однако события, происходившие несколько столетий ранее, на наш взгляд, имели все необходимое, чтобы войти в анналы истории в качестве первой попытки борьбы за место в ряду двух других городов – Рима и Константинополя, а не являлись только борьбой за гегемонию в регионе расселения восточных славян. Христианство, пришедшее из Византии, давало на это шанс в будущем и легитимизировало (освящало) эту борьбу. Византия, хотя еще и достаточно прочно стоящая на ногах, к тому времени уже сдавала позиции, в том числе и восточнославянским князьям. Таким образом, тогдашние события могли изменить весь ход истории, и, возможно, мы не увидели бы сегодня Москвы на ее сегодняшнем месте и в ее сегодняшнем значении.

Отражая события многовековой истории на современность, хочется предложить следующее. Политическое устройство Полоцка и Полоцкого княжества и полоцкое христианство, на наш взгляд, предлагают нам образ "иного" христианства: проповедь и добровольное принятие Христа, принципы соборности и выборности при управлении церковью и религиозная толерантность.

Актуальная репликаО Русском АрхипелагеПоискКарта сайтаПроектыИзданияАвторыГлоссарийСобытия сайта
Developed by Yar Kravtsov Copyright © 2017 Русский архипелаг. Все права защищены.